13305542053 fcf6110537 b

1."Шестоднев" был открыт и введён в научный оборот русским учёным Константином Калайдовичем. В 1824 г. в монографии "Иоанн Экзарх Болгарский" он впервые представил некоторые произведения этого болгарского книжника, в том числе и "Шестоднев" по древнейшему сербскому списку XIII в. из синодального собрания. Со времени К.Ф. Калайдовича в изучении памятника преобладал подход, который можно было бы назвать формально-описательным. Интерес исследователей "Шестоднев" привлекал к себе прежде всего как литературный и языковой памятник - одно из наиболее характерных произведений, возникших в рамках так называемой Преславской книжной школы. Естественно, что при этом продолжалась работа по изучению рукописной традиции памятника(1). Кроме того, "Шестоднев" использовался также как источник сведений по историии естественнонаучных и философских знаний и некоторых других реалий болгарской культуры конца IX - начала X вв.

2. Результаты, достигнутые в изучении памятника к настоящему времени, позволяют перейти к новым методам работы с источником. "Шестоднев" представляет интерес не только как литературный памятник своего времени, но и как источник, отражающий процесс христианизации болгарского общества на рубеже IX-X вв. Рассмотрим "Шестоднев" в контексте всей восточно-христианской конфессионально-культурной общности в целом, используя сравнительно-аналитический подход и привлекая некоторые другие источники.

Именно такой подход позволяет понять сложную систему намёков и ассоциаций, к которой прибегает Иоанн Экзарх, и извлечь скрытую в источнике дополнительную информацию. Таким образом мы сможем восстановить духовный и культурный облик, своеобразный "портрет", той аудитории для которой был написан "Шестоднев".

3. В первую очередь обратим внимание на жанр произведения. Он восходит к богословско-полемическим сочинениям отцов Церкви II-V вв. - своеобразных "классиков" православной богословской мысли. Чрезвычайно распространённый в раннехристианское время жанр "Шестодневов" не характерен для византийской церковной литературы IX-X вв. В этот период новые "Шестодневы" не создавались. Византийцы ограничивались переписыванием старых образцов.

Чем же можно объяснить интерес болгарского книжника к "классическому" жанру ? Отметим, что в основе компилятивных частей "Шестоднева" Иоанна Экзарха лежат произведения свв. отцов IV - начала V вв.: толкования на "Шестоднев" Василия Великого, Севериана Гавальского, Иоанна Златоуста, - а не современные книжнику труды IX - X вв. Не может полностью удовлетворить объяснение, что это просто дань Константинопольскому образованию, которое книжник, как принято считать, получил в Магнаврской школе. Если принять во внимание условия и причины возникновения жанра "Шестоднева" как такового, то обращение Иоанна Экзарха при выборе жанра и источников своего будущего произведения к текстам IV - начала V вв. кажется не случайным.

4. Ранневизантийское общество середины - второй половины IV в. обнаруживает не мало параллелей с болгарским конца IX - начала X в. Имеет место массовое крещение взрослого населения в связи с легализацией христианства. Разнообразные ереси и околохристианские учения, а также "конъюнктурные" крещения способствуют проникновению в Церковь людей, имеющих самое отдалённое представление о христианстве, либо сознательно искажающих его. В ответ в это время ширится огласительная(учительно-просветительная) деятельность Церкви, задача которой - должным образом подготовить желающих креститься. Что касается Византии, то сохранились труды, связанные с этой деятельностью (например, "Огласительные и тайноводственные слова" Кирилла Иерусалимского).

5. "Шестоднев" Иоанна Экзарха так же представляется целесообразным рассматривать как памятник некоей огласительной программы, реализованной в Болгарии в конце IX - X вв.

Для Болгарии становление христианской церковной культуры было необходимо, кроме того, еще и для oбеспечения внутренней консолидации общества, преодоления славяно-протоболгарского дуализма, и проведения aктивного внешнеполитического курса. Болгарский князь Симеон (893-927 гг.), получивший образование в Византии, полагал, что только христианская церковная культура, сопоставимая с визатийской по своей широте и внутреннему совершенству, позволит поднять престиж Болгарского государства в "семье христианских народов и государей", возглавляемой Константинопольским василевсом ромеев. Он продолжал политику отца - князя Бориса, активно поддерживая формирование высокой церковно-славянской культуры, которая основывалась с одной стороны на византийских образцах, с другой - на традиции Кирилла и Мефодия.

В рамках этой политики церковное просвещение, подобное раннехристианскому оглашению, имело огромное значение. Требовалась особая подготовка, как для людей уже принявших крещение, но фактически не воцерковлённых, так и для желающих креститься. Опыт подобной деятельности уже существовал и даже был зафиксирован в ряде соборных постановлений и святоотеческих трудов раннехристианского времени (см.выше). Так что обращение к нему было совершенно естественно.

6. Источники IV - начала V вв. позволяют выделить несколько категорий оглашенных. Как правило, это - "слушающие Писание", "коленопреклонённые" и, наконец, "желающие креститься". В источниках встречаются и другие обозначения соответствующих групп, но для нас важен сам принцип разделения, при котором чётко обозначен набор тем, необходимый для изучения и усвоения. Причём с начальной ступенью связывается изучение космологии, то есть именно тех вопросов, которые разрешались в рамках жанра "Шестоднева" (например: Постановления апостольские. 39-40; Августин. De catechizandis rudibus. 3). Кирилл Иерусалимский особенно настаивает на том, чтобы люди уже просвещенные не говорили с оглашенными более низких ступеней о Троице и таинствах, "дабы верные знающие сие размышляли, а не знающие не получили вреда" (Поучение V. 12).

Если "Поучения" Кирилла Иерусалимского предназначались для более подготовленной аудитории, то "Шестодневы" - во всяком случае сочинение Иоанна Экзарха - были расчитаны на начальную ступень обучения. Вместе, в комплексе, они должны были дополнять друг друга. Заметим, что в русской рукописной традиции в качестве "конвоя" "Шестоднева" Иоанна Экзарха встречаются "Поучения Кирилла Иерусалимского" (РГБ, собр. Румянцева 194, XVI в.). Таким образом, "Шестоднев" Иоанна Экзарха следует рассматривать как часть комплекса церковноучительной литературы, традиция которой сложилась ещё в IV-V вв.

7. Одна из основных задач церковно-учительной литературы - отбирать наиболее яркие и узнаваемые сюжеты. Здесь полемика была неотъемлемой частью всей программы. Обличая существующие ереси и предупреждая лжемыслия, вероятно, учитывали как специфику аудитории, так и наиболее актуальные явления в духовной и культурной жизни болгарского общества конца IX - начала X в.

В частности, около половины полемических тезисов только из первого "Слова" направлены против дуалистических учений. Большая их чаcть заимствована из произведений Василия Великого и Севериана Гавальского. Например, рассуждение Севериана (PG. T. 56. Col. 432, 433) о сопоставлении и сходстве образов Ветхого и Нового заветов призваны подчеркнуть равное достоинство частей Библии (Aizetmuеller... 10a - 11с). Именно в дуалистических ересях Бог Ветхого Завета отождествлялся с демиургом, творцом злого начала. Поэтому книги Ветхого Завета не входили в число почитаемых текстов или входили не в полном объёме. Вообще, полемика с дуалистами приобретает особое значение в "Шестодневе" Иоанна Экзарха столь значительное место, что наводит на мысль о том, что эта проблема была в высшей степени актуальна для всего новообращённого болгарского общества. Таким образом, "Шестоднев" включается в число тех немногих памятников, которые отражают начальный этап проникновения дуалистических идей в Болгарию. "Шестоднев" свидетельствует, что почва для возникновения такого явления как богомильство существовала уже на рубеже IX - X вв.

1) Издание: Aizetmueller. Das Hexameron des Exarchen Iohannes. Bd. I-VI. Graz, 1958-1971.

Summary

(A. Zvereva. "Hexameron" of John the Exarch as a Source on Christianization of the Bulgarian Society

in the Late IXth - early Xth Century)."

In the report a new mode of interpreting "Hexameron" is proposed. It seems necessary to examine "Hexameron" in the context of the whole Orthodox Christian community, using comparative and analythic approaches and involving some other sources. Thanks to these methods we can detect valuable information, which allows us to reconstruct spiritual and cultural "portait" of Bulgarian society at the end of the IXth - the beginning of the Xth centuries.